Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

Юлий Александрович Данилов

https://7iskusstv.com/2013/Nomer6/Trubeckov1.php

Дмитрий Трубецков

Юлий Александрович Данилов – мудрый, разносторонне талантливый человек, проживший далеко не простую жизнь в разных временах, оставаясь самим собой. Он представлял собой отдельную Вселенную, в которую входили совершенно разные люди – от брюссельского булочника, о котором у него был замечательный устный рассказ, до Ильи Романовича Пригожина, относившегося к нему с искренним уважением, от школьника из Саратова и студента химфака МГУ до Даниила Семеновича Данина, которому он помогал найти кентавров для его кентавристики, и до Михаила Александровича Леонтовича, в устах которого прозвучала хвалебная фраза: «Сами говорите, что математик, но разговариваете не на их собачьем языке, а так, будто всю жизнь были физиком», и еще много разных людей, которых объединили его Обаяние, Тактичность, Доброта, Интеллект. В этой Вселенной было знание практически всех европейских языков, три полки написанных и переведенных им книг (когда закончилась третья полка, он шутливо назвал это событие юбилеем), это его блистательные статьи – эссе, его удивительные и по форме и по содержанию лекции, его устные рассказы, которые можно было слушать часами.



Юлий Александрович Данилов

Первое заочное знакомство с Ю.А. Даниловым-переводчиком – это книги серии, посвященной занимательной математике, которые выходили в советское время в издательстве «Мир». Конечно, это «Математические новеллы», «Математические досуги», «Математические головоломки и развлечения», «А ну-ка догадайся!», «Путешествие во времени» и другие книги Мартина Гарднера, переведенные с английского. Юлий Александрович любил своих авторов, о чем свидетельствуют написанные им предисловия к переводам. Вот, например, что он пишет о Гарднере. «Каждому, кто прочитал хотя бы одну книгу Мартина Гарднера, совершенно ясно, что ее автор – человек необычайно одаренный и увлеченный, великолепно владеющий пером и способный передавать свою увлеченность читателю... Эрудиция и обилие привлекаемого им свежего материала порождают не только любителей, но и специалистов. При этом Гарднеру в высшей степени присуща особенность, отличающая, по мнению Я.И. Перельмана, истинного творца занимательной науки от ремесленника, – умение удивляться, видеть необычное в обыденном». Написанное в полной мере относится к самому Данилову. Думаю, что Гарднер был близок ему и как неутомимый издатель и комментатор Льюиса Кэрролла, которого Юлий Александрович любил, знал, высоко ценил и пропагандировал.

Чтобы убедиться в этом, достаточно прочитать предисловие Данилова к книге Рэймонда М. Смаллиана «Алиса в стране смекалки» – гимн Кэрроллу и современной русской кэрроллиане, и его замечательную статью «Льюис Кэрролл как нелинейное явление»[1].

Перебираю стопку книг на столе. Иоханнес Леман «Увлекательная математика» – перевод с немецкого; Д. Бизам, Я. Герцег «Игра и логика. 85 логических задач» – перевод с венгерского; Гуго Штейнгауз «Задачи и размышления» – перевод с польского; Д. Бизам, Я. Герцег «Многоцветная логика. 175 логических задач» – перевод с венгерского; С. Страшкевич, Е. Бровкин «Польские математические олимпиады» – переводы с польского; Э. Эббот «Флатландия» и Д. Бюргер «Сферландия» (в одной книге) – перевод с английского и голландского. Список языков перевода можно продолжить. На вопрос: «А зачем ты выучил венгерский?» – ответ: «Чтобы читать в подлиннике Реньи» – замечательного венгерского математика.

Книги были его жизнью, он относился к ним как к живым существам, он любил их и умел привить эту любовь другим. Приезжая на конференции, привозил много книг и дарил своим друзьям, удивительно точно угадывая их вкусы.

А еще его чемодан был полон конфет. На наших конференциях для школьников устраивались чаепития с лекторами. В комнату, где жил Юлий Александрович, набивались дети, приходили и взрослые, чтобы послушать его рассказы, задать вопросы. Посоветоваться. И пили чай с московскими-даниловскими конфетами...

У поэта Владимира Корнилова есть строчки, написанные как будто об Юлии Александровиче:

Устоять средь потока и ветра,
Не рыдать, что скисают друзья,
И не славить, где ругань запретна,
Не ругать там, где славить нельзя.
Достается, наверно, непросто
С болью горькой, острей, чем зубной,
Это высшее в мире геройство –
Быть собой и остаться собой.

Это было главным в нем. Он тяжело переживал любую несправедливость и вступал в борьбу со злом без раздумий.

Иногда с убийственной иронией звучали его вежливые фразы: «Это Вы так думаете»; «Ваше мнение для нас особенно ценно».

Конечно, в нем были черты Дона Кихота, но его шпагой были энциклопедичность знаний, тонкий юмор и ирония, чувство ситуации и доброта, доброта, доброта.

Collapse )

Арон Гуревич. Исторический синтез и Школа "Анналов"

Арон Гуревич. Исторический синтез и Школа "Анналов" - М.-СПб: Центр гуманитарных инициатив; Университетская книга, 2014 - 431 с. (Российские Пропилеи) 1000 экз.





Collapse )

ШКОЛЬНЫЕ ГОДЫ

ШКОЛЬНЫЕ ГОДЫ. Повести. Георгий Полонский. Доживем до понедельника. Елена Воронцова. Нейлоновая туника. Владимир Тендряков. Весенние перевертыши. Агния Кузнецова. Честное комсомольское - М.: Молодая гвардия, 1975 - 399 с. (Тебе в дорогу, романтик) 100000 экз.





Collapse )