kotbeber (kotbeber) wrote,
kotbeber
kotbeber

Category:

Степной травы пучок сухой...

https://lgz.ru/online/stepnoy-travy-puchok-sukhoy-/



200 лет Аполлону МАЙКОВУ, одному из малых, быть может, но прекрасных классиков отечественной поэзии. Одному из действительных наследников Пушкина, наряду с великим Фетом и вечно волнующим Полонским. Тогда как творчество самых больших – Тютчева, Лермонтова, Некрасова – пушкинскому наследию восхищённо противостоит (так, вопреки схеме учебника!). Эти авторы пытались Пушкина «преодолеть»: задача безнадежная, но самая плодотворная, ибо литературная борьба – естественное состояние словесности, и её неожиданные плоды бывают прельстительными... Майков же был только верным последователем и в удачах продолжателем.



Можно было бы тут завести разговор о том, каким он был человеком. Примечательная деталь, отмеченная Василием Розановым: Майков, являясь крупным чиновником, и в поздние свои годы ездил на конке, ибо взяток не брал, был честен и беден... <...>

Аполлон Майков (1821 – 1897) происходил из старинного дворянского рода, к которому принадлежали видные деятели русской истории и литературы (среди них – русский святой и знаменитый церковный писатель Нил Сорский, а также – видный поэт XVIII века Василий Майков). Отец будущего поэта Николай Аполлонович, участник Бородинского сражения, затем вместе с русской армией вступивший в Париж, был академиком живописи. Семья была консервативная, верная традициям православия и самодержавия, высококультурная. Не только Аполлон, но и три его брата: Валериан (даровитый критик, публицист), Владимир (прозаик, переводчик), Леонид (историк литературы, библиограф, этнограф) – все оказались причастны литературе. Детские годы Майкова прошли в подмосковных имениях отца и бабки, отсюда – первые впечатления от родной природы и патриархального быта.

Первоначальное образование было домашним, оно продолжилось в Петербурге, куда в 1834 году переехала семья. Одним из учителей Майкова стал молодой Иван Гончаров. Частым гостем в доме, превратившемся в художественный и литературный салон, был поэт Владимир Бенедиктов. Дружба Майкова с двумя старшими писателями стала пожизненной. Он мечтал о судьбе живописца, но слабеющее зрение помешало этому. В 1837 году Майков с неохотой поступил на юридический факультет Петербургского университета и окончил его в 1841 году. Был определен на службу в департамент государственного казначейства. Его кандидатская диссертация называлась «О первоначальном характере законов по источникам славянского права».

Рано обнаружились не только художественные и литературные дарования Майкова, проявились и его математические и лингвистические способности. Он изучил не только латынь, древнегреческий и основные языки современной Европы, но и новогреческий, чешский, сербский. Знание языков впоследствии пригодилось не только в обширной переводческой деятельности (Майков – один из лучших переводчиков поэзии), но и по службе, которая продолжилась в библиотеке Румянцевского музея. С октября 1852 года он служил в Петербургском комитете иностранной цензуры, где его начальником (с 1858 года) стал Федор Тютчев, а сослуживцем (с 1860 года) Яков Полонский.

В 1875 оду Майков возглавил этот комитет и в общей сложности проработал в цензурном ведомстве 45 лет. При Александре III в связи с 50-летним юбилеем творчества Майков был произведен в тайные советники. На склоне дней он являлся крупным чиновником, академиком и официальным классиком. При этом был небогат, но много занимался благотворительностью, не жалея и собственных средств.

Первая публикация Майкова относится к 1835 году, когда стихотворение «Орел», принадлежащее перу тринадцатилетнего стихотворца, было опубликовано в «Библиотеке для чтения» рядом с пушкинскими «Песнями западных славян». В 1842 году увидела свет первая книга – «Стихотворения Аполлона Майкова», вызывавшая сочувственные отзывы и Белинского, и Плетнева, и Сенковского. Рано определился интерес Майкова к античности, вдохновенным певцом которой он оставался всю жизнь. Первоначально он взял за образец одическую поэзию Ломоносова и Державина, затем долго находился под влиянием антологических стихотворений Батюшкова и Пушкина. С годами усилилось воздействие на него Бенедиктова и Тютчева. В «тройственном союзе» так называемых «поэтов чистого искусства», Майков отличался от Фета и Полонского большей резкостью и отчетливостью тона, «вещностью». Он не знал и не любил зыбких оттенков, шел скорее от живописи, а не от музыки.

Античный мир, воссозданный во многих произведениях Майкова, прекрасен, пластичен и при этом насыщен живой жизнью, пожалуй, не в меньшей мере, чем изображенная тем же автором современность, будь то впечатления зарубежных поездок (прежде всего в любимую Италию) или сельские зарисовки (любимым пейзажем М. все-таки всегда оставался русский). В стихах своих Майков был зорким живописцем:

…подруга стоит неподвижно,

Рукой охватив осторожно кувшин на облитой

Вечерним лучом голове... Художник (должно быть, германец)

Спешит срисовать их, довольный, что случай нежданно

В их позах сюжет ему дал для картины, и вовсе не мысля,

Что я срисовал в то же время и чудное небо,

И плющ темнолистый, фонтан и свирепую рожу тритона,

Альбанок и даже - его самого с его кистью!


Но, как верно заметил Иннокентий Анненский, поэзия Майкова еще ближе к скульптуре, чем к живописи, она объемна, рельефна.

Страстная любовь к античной красоте сочеталась с ревностным православием, и основной темой творчества Майкова вполне естественно стала тема противоборства язычества и торжествующего христианства. Поэт верил в высокое предназначение православной России и посвятил многие свои произведения событиям отечественной и мировой истории. Задолго до Брюсова он создал яркую портретную галерею исторических деятелей, панораму исторических событий. В своих оценках русской истории Майков был близок к славянофилам, но его отличало от них восхищение перед Петром Великим.

Иннокентий Анненский, сортируя стихи, приходившие в редакцию журнала «Аполлон», ценил авторов, стремившихся передать тонкие душевные движения, а поэтов «внешних», любителей отдаленной истории, орнамента, пейзажа, пренебрежительно называл «емшанами». Имелась в виду знаменитая баллада Майкова «Емшан», в которой пересказано сохраненное летописцем предание о половецком хане, изнежившемся на чужбине, но вдохнувшем запах родных степей – доставленной издалека полыни («степной травы пучок сухой») и немедля вернувшемся на дикую безграничную родину. Вспоминая о своем детском чтении, замечательный поэт XX века Сергей Марков назвал майковское стихотворение гениальным.

Творчество Майкова – страница русской культуры. Многие его стихотворения соединились с музыкой великих композиторов и стали песнями, романсами. Юношеские стихи Майкова «Я в гроте ждал тебя в урочный час…» навсегда пленили Ивана Бунина. Многие «сельские» стихи Майкова всегда были любимы детьми и вечно переиздавались в «Родной речи», печатались в «Чтеце-декламаторе», исполнялись на гимназических вечерах. Очевидно, многие русские поэты запомнили их еще в школьные годы. И майковская «Весна» вдруг аукнулась в поэзии Северянина. Молодой Заболоцкий в «Столбцах» явно пародировал стихотворение Майкова «Конь» («Из сербских песен»). Наверно, еще в детское сознание Есенина запали строки вдохновенного (хотя и весьма вольного) майковского перевода из Хафиза: «Встрепенись, взмахни крылами, Торжествуй, о сердце, пой…» Отсюда – столь любимое многими «О, Русь, взмахни крылами!» Первую строку «Сомнения» («Пусть говорят: «Поэзия – мечта…») повторил в одном из лучших своих стихотворений Георгий Адамович. Майковские «Розы» по мысли как-то соотносятся с «Соррентинскими фотографиями» Ходасевича. Какие-то отзвуки итальянских стихов Майкова («Вне ограды Campo Santo») чудятся в романе Эренбурга «Хулио Хуренито». У Майкова много «проходных», затянутых, описательных стихотворений, но его удачи ярки, и удач этих немало. Среди них – «Тарантелла», где передан ритм народной пляски. И вдруг стихи перестают быть только описанием – поэт дерзко вставил в строфу две глубокие строки, которые приятно привести в споре с самоуверенными психоаналитиками:

Человеку знать не нужно,

Что такое человек…


Слава Майкова с годами увяла, но и в новое время есть у него читатели и почитатели, иногда самые неожиданные. Трудно найти стихотворца более, чем Борис Слуцкий, далекого от идеала «чистого искусства», которому пылко служил и следовал Майков, но именно в стихах Слуцкого об улице Майкова есть ощутимая зависть к судьбе поэта, свершавшего свой путь с честью, не посрамившего классической Музы.

Михаил СИНЕЛЬНИКОВ

Tags: аполлон майков, даты, календарь
Subscribe

Posts from This Journal “аполлон майков” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments